6703fa25     

Казанцев Александр - Обычный Рейс (Полярные Новеллы)



Александр Петрович КАЗАНЦЕВ
ОБЫЧНЫЙ РЕЙС
Полярные новеллы
________________________________________________________________
СОДЕРЖАНИЕ:
ПОМОЩЬ
ОСТАНОВЛЕННАЯ ВОЛНА
"ПОЛЯРНЫЙ ВАРЯГ"
ОСТРОВ ИСЧЕЗАЮЩИЙ
ЛЬДЫ И ЛОДКА
ЛЮБОВЬ
ПОЕДИНОК
ПРОТИВ ВЕТРА
МЕХАНИК
НАХОДКА
МЕДВЕЖЬЕ ГОРЕ
ТРЕХЛАПАЯ
В ТУМАНЕ
КАТЕР В МОРЕ
НЕТРОНУТЫЙ СТОЛ
ПЛАСТИНКА ИЗ СЛОНОВОЙ КОСТИ
НЫРЯЮЩИЙ ОСТРОВ
ЛЕВО НА БОРТ!
ВЕРА В ЧЕЛОВЕКА
ПОЛЯРНОЙ НОЧЬЮ
НОВОГОДНИЙ ТОСТ
________________________________________________________________
ПОМОЩЬ
Усть-Камень - маленький рыбачий поселок. Несколько бревенчатых
домиков на пологом берегу широкой, словно разлившейся в половодье реки. За
домами - островерхие ненецкие чумы. Около чумов нарты в оленьих упряжках.
В каждой по шесть оленей веером. Дальше тундра - зеленый обманчивый ковер.
Если ступишь - хлюпает вода.
Прежде по тундре ездили только на нартах. Зимой в упряжке четыре
оленя - по снегу ехать легче, так объяснил мне мой попутчик, с которым мы
прилетели сюда на сухопутном самолете.
Когда мы приземлились, он пошел за новостями к начальнику аэропорта.
Летающая лодка, возвращаясь с ледовой разведки, должна была зайти в
Усть-Камень и захватить нас на остров Дикий.
Издалека донесся шум мотора.
Через тундру шел крытый вездеход. Он медленно взбирался на пологий
холм, потом опустился в низину. Вездеход был похож на крохотный катерок,
плывущий в мертвую зыбь по зеленому морю. Вот он снова появился на гребне.
Машина приблизилась к оленьим упряжкам. Теперь было видно, как
врезались колеса в сочный травянистый покров. Гусеницы оставляли за собой
широкий мокрый след.
Олени к урчащему чудищу относились спокойно: как видно, привыкли.
Около крайнего домика вездеход остановился.
Первым сошел юноша и куда-то скрылся. У машины, подняв капот и то и
дело заглядывая в мотор, возился плотный мужчина в комбинезоне и мятой
кожаной фуражке. Он что-то мурлыкал себе в усы.
- Кузьма Андреевич! Поезжайте заправиться в аэропорт, потом вернетесь
за мной сюда! - неожиданно услышал я знакомый женский голос.
На крыльце рыбачьего домика стояла женщина. Даже в ватной куртке и
штанах она была стройной. Я сразу узнал ее.
Вспомнился фронт и группа военных топографов, повстречавшаяся мне
близ Петсамо.
Галина Николаевна тоже узнала меня:
- Вы?! Откуда? Куда?
- Что здесь делает топограф? - спрашивал я, пожимая протянутую руку и
вглядываясь в красивое лицо с мягко очерченным подбородком и строгими
серыми глазами, под которыми появились морщинки.
- Теперь я геолог, - отвечала Галина Николаевна.
- А где муж?
- Убит... там же... вскоре после вашего отъезда, - сказала Галя и
отвернулась.
Механик с грохотом закрыл капот. Он смотрел на меня укоризненно.
- Куда же вы? - уже спокойно спросила Галя, снова поворачиваясь ко
мне.
Я рассказал, что лечу на остров Дикий, чтобы сесть там на корабль,
который доставит меня на "Георгия Седова".
- Я буду на "Седове" до конца навигации, побываю на многих островах,
даже самых северных.
Галя оживилась.
- Какая удачная встреча! Непременно передайте привет одному радисту -
Ване. Он раньше работал со мной в тундре. Потом решил уйти на острова. На
самые северные...
Мы сидели с Галей на косых деревянных ступеньках и смотрели на
разгоравшуюся оранжевую зарю.
Я расспрашивал и слушал Галю, поглядывая на ее тонкий профиль,
ватник, резиновые сапоги.
Она рассказала мне о своем первом самостоятельном рейсе в качестве
начальника геологоразведочной группы.
Вездеход шел через тундру. Далеко впе



Назад